Склады Wildberries после пожаров: что реально произошло и как спасти свой бизнес

Почти месяц, с 18 июля, происшествия затронули не менее 20 логистических объектов Wildberries. Пострадали крупнейшие склады компании. Новости об этом вы читали. А вот ответов на главные вопросы — сколько это на самом деле, что реально платят пострадавшим и есть ли смысл бежать на FBS — в новостях нет.

Мы решили посчитать сами. Обмерили 18 складов по спутниковым снимкам, прочитали бухгалтерскую отчетность компании за два года, разобрали больше двух тысяч постов селлерских каналов и проверили каждую громкую цифру по первоисточнику. Часть из них не подтвердилась — включая самую известную.

Это длинный текст. Если нужен только план действий — листайте к чеклисту в конце.

#Что сгорело: полный список

Статус на 12 августа. Площади — наши замеры по спутниковым снимкам (помечены *), остальные из публикаций. Данные о происшествиях приведены по сообщениям официальных источников и деловых СМИ.

• Екатеринбург — 45 тыс. кв. м*
• Воронеж — 30 тыс. кв. м*
• Красный Бор (Санкт-Петербург) — 110 тыс. кв. м (по публикациям)
• Тула — 80 тыс. кв. м (по публикациям)
• Пенза — 60 тыс. кв. м* (включая строившуюся вторую очередь)
• Рязань — 40 тыс. кв. м (по публикациям, ущерб минимален)

Примечания. Замер Пензы включает строившуюся вторую очередь. Сообщалось также о происшествии на складе в Пермском крае 30 июля, но в официальных региональных сводках объект WB не назван, поэтому в таблицу мы его не включаем.

Екатеринбург и Воронеж — важные для продавцов точки. Это первые случаи, когда после атаки на склад пожар удалось быстро локализовать и — по заявлению компании — сохранить почти весь товар. Для тех, у кого там лежали остатки, это значит, что склады, скорее всего, вернутся к приемке.

И еще одна деталь для понимания глубины. По проверке отраслевого сервиса на утро 7 августа, из крупных складов хранения FBO поставки принимали только Коледино и Воронеж — оба уже были под ударом. Формально открытыми оставались еще несколько мелких и удаленных складов, включая Владивосток и площадки под монопаллеты, но для большинства продавцов из центральной России это не замена. А четыре дня спустя Воронеж снова оказался под ударом.

#Сколько это на самом деле

Оценки масштаба в публикациях расходятся в разы. Мы обмерили 18 крупных объектов по спутниковым снимкам и сверили с заявленными площадями; для шести сгоревших, включая Красный Бор, взяли площади из публикаций. Получилась вилка: выбито 1,7–2,0 млн м² из примерно 5,2 млн — это 33–38% складской сети. Если Рязань действительно отделалась малым (см. таблицу), нижняя граница — около 31%. Оценка Forbes скромнее — 17–22%, но она снята на 2 августа, до Красного Бора и Тулы, и считает только поврежденную часть зданий, а не полную площадь остановленных объектов.

Но проценты площади — не главная цифра. Главная вот какая: крупных складов-хабов у Wildberries было, по подсчетам селлерских аналитиков, 25–30. Из строя вышло около 13. По хабам потеряно около половины сети — при том, что по метрам «всего» треть. Именно поэтому логистика просела сильнее, чем обещает арифметика площадей: сгорели не случайные склады, а федеральные узлы, через которые шел товаропоток.

#Почему нельзя было ни распродать, ни вывезти

Многие заметили странное: в разгар атак Wildberries резко срезал скидку постоянного покупателя. Товары подорожали для клиентов, продажи упали. Зачем площадка глушила собственные продажи?

Ответ простой: уцелевшая логистика не тянула прежний поток заказов. Управлять этим через комиссию площадке невыгодно: снизишь — потом тяжело поднимать обратно, это скандал и правка оферты. А скидка — ее собственный инструмент без обязательств: подкрутил вверх, когда надо разогнать продажи, срезал — когда надо притормозить поток или заработать. По замерам продавцов, за одну ночь на 31 июля скидка упала на 15–20 пунктов на товарах дороже 2 000 рублей.

Побочный эффект достался продавцам: распродать остатки со складов стало невозможно — цена с урезанной скидкой оказалась неконкурентной. На части товаров разница с Ozon доходила до двух раз.

Вывезти товар тоже не получалось. Вывоз — это второй встречный поток по той же перегруженной сети: товар надо найти, снять с хранения, собрать, отсортировать и доставить. Компания публично признала приоритет: сначала сборка заказов покупателей. Заявки на возврат висели неделями — в опросе конца июля 70% продавцов отвечали, что вывезти товар не дают вообще. Товар по заявке снимался с продажи — и сгорал вместе со складом. Это, кстати, главная юридическая зацепка пострадавших: не сам пожар, а бездействие по заявке на вывоз до пожара.

#Компенсации: разбираем главный миф

Самая цитируемая цифра этих недель: «Wildberries выплатил 40 миллионов на 88 тысяч продавцов — по 455 рублей на человека». Ее повторили десятки селлерских каналов.

Мы проверили по первоисточнику. Этой цифры не существует. Это склейка двух разных пресс-релизов. Сорок миллионов — из сообщения о выплатах пострадавшим людям: семьям погибших по 2 млн, тяжело раненым по 1 млн. Про товар в том сообщении нет ни слова. А 88 тысяч — из другого сообщения, про первый транш выплат продавцам, в котором сумма не названа.

Сумму выплат продавцам компания не назвала ни разу — ни за первый транш (более 88 тысяч получателей), ни за второй (более 97 тысяч). Это и есть настоящая претензия: за три недели и два транша — ни одной цифры.

Что известно по факту, из выплат, которыми продавцы делились публично:

• Мелким платили быстро и заметно: в лучших случаях — порядка половины себестоимости в первые дни
• Встречаются ровные круглые суммы — похоже на выплаты по сетке, а не по ущербу
• Крупным продавцам с большими потерями выплаты «поставили на паузу». По индивидуальным условиям — тишина
• В худших из известных нам случаев выплата составила единицы процентов от себестоимости

Механика выплат называется «симулятор продаж» — так ее описала основатель компании: система делает вид, что товар не сгорел, и продолжает «продавать» его, начисляя деньги в том темпе, в каком он расходился бы. Деньги приходят на баланс, не на счет, и растянуты на месяцы. У товара с низкой оборачиваемостью «компенсация» растянется на годы. Особенно жестко это бьет по новинкам: у только что отгруженной карточки оборачиваемость низкая по определению — ее еще предстояло разгонять. Значит, именно за новый товар, завезенный под сезон, деньги будут капать дольше всего.

И главное, что нужно понимать про этот механизм: формулу расчета никто не видел. Компания не раскрыла ни того, как прогнозируется скорость продаж, ни от какой цены считается выплата, ни как учитывается сезон. Проверить, правильно ли посчитали именно ваш товар, невозможно — не с чем сравнивать.

Пока формулы нет, «симулятор продаж» остается обещанием, а не обязательством: сумма не названа, сроки не названы, методика закрыта.

#Две вещи, которые стоит сделать по компенсациям

Первое. Деньги берите. Но юристы советуют в течение 21 дня подать через поддержку возражение на отчет: выплата является частичным возмещением ущерба; с квалификацией события как непреодолимой силы не согласны; документ уполномоченного органа к отчету не приложен; получение суммы не считать согласием. Без этого зачисление денег могут потом истолковать как урегулирование.

Второе. WB начал класть в кабинеты справки о повреждении товара с электронной подписью (раздел Документы). Возьмите ее — но знайте: юристы считают, что для налоговой и суда она слабая, потому что факт форс-мажора устанавливает не сам WB. Справку о пожаре гособразца можно запросить через Госуслуги.

#FBS: честный разбор

FBS — продажа со своего склада: товар лежит у вас, при заказе вы везете его на пункт приема. Кажется очевидным спасением — товар не горит на складах площадки. Запросы про FBS — второй по объему кластер поиска вокруг всей этой ситуации, сразу после самих пожаров. Но у перехода три стены, о которых мало кто говорит.

Стена первая — алгоритм. У продавцов, полностью перешедших с FBO на FBS, заказы заметно падают: по публичным кейсам — от трети до двух третей. Причина не в доставке как таковой, а в спирали ранжирования: пропали остатки — карточка упала в выдаче — доставка дольше, выкуп ниже — карточка падает еще.

Стена вторая — экономика. Комиссия на FBS выше, чем на FBO. Поднять цену, чтобы отбить разницу, нельзя: цена одна на карточку, вырастет и на FBO. А скидку, которой площадка обещала поддержать FBS, независимые замеры продавцов по 20 крупнейшим категориям не подтвердили: разница составила полпункта.

Стена третья — возвраты. В одежде выкупают 3 товара из 10. Остальные семь по умолчанию едут обратно на склад WB — тот самый, который может сгореть. FBS не выводит одежду из-под риска, если специально не настроить возврат на свой пункт выдачи.

При этом за последнюю неделю условия FBS заметно смягчили, и это меняет расчет:

1. Логистические коэффициенты FBS приравняли к FBO
2. Комиссия за быструю отгрузку снижена на 5 пунктов
3. Базовая комиссия теперь действует 13–42 часа после заказа вместо прежних 18
4. Обработка через ПВЗ по 10 рублей — теперь на первые 500 товаров в день вместо 100
5. Опция «Выходные дни для склада продавца» стала бесплатной
6. Автовозврат на свой ПВЗ подешевел: 25 рублей за первый литр и 4 рубля за каждый следующий

Оговорка в каждой новости одна и та же: правила временные.

Наш вывод. FBS сейчас имеет смысл как вторая нога, не как замена: запуск новинок, дорогие товары с высоким выкупом, страховочный остаток по ходовым позициям. Полный переход означает минус треть заказов и удар по выкупу. И помните про пороги — по опыту продавцов, возивших тысячи заказов по FBS: фулфилменты неохотно берут магазины меньше 50 заказов в сутки, возить надо минимум раз в день без выходных, а на ошибки закладывайте до процента заказов.

#Страховка «от БПЛА»: читаем мелкий шрифт

С 7 августа в «Страхование заказов» добавили риск терактов и атак дронов. Звучит как то, чего все ждали. Но продукт называется «Страхование заказов» — и это буквально.

Страховка начинает действовать с момента отгрузки товара со склада. То есть товар, который лежит на складе и ждет заказа, не застрахован — а горели именно склады с непроданным товаром. Покрыт только путь: доставка, пункт выдачи, обратная логистика.

Дальше арифметика, которую стоит сделать до подключения. Платеж берется с каждого заказа, а не с выкупа. В одежде выкупают три товара из десяти — значит на одну продажу приходится больше трех заказов, и за каждый вы платите.

Тариф делится на процент выкупа – так получается реальная ставка от выручки. 373 рубля с продажи — это больше половины себестоимости товара, который стоит 600 рублей в закупке. Для электроники с выкупом 80% и тарифом 1,96% та же формула дает 2,4% — совсем другая история.

И потолок: не больше 50 тысяч за товар и не больше 100 тысяч за весь страховой случай.

И еще одно условие мелким шрифтом: выплата по одному и тому же случаю возможна только один раз — либо от Wildberries, либо от страховой. Подключив страховку, вы можете лишиться добровольной выплаты площадки.

Кому продукт подходит: дорогой штучный товар с высоким выкупом. Электроника при тарифе 1,96% и выкупе 80% дает 2,4% от выручки — это уже разговор. Для одежды — нет.

#Партнерские склады: WB перестраивает модель у нас на глазах

7 августа компания запустила программу «Открой свой склад»: владелец или арендатор помещения от 200 м² может стать партнерским хабом — принимать товары продавцов на хранение, собирать заказы и отгружать их в сортировочный центр. Заявки принимают со всей страны; программа пока в статусе тестирования.

Это самая важная новость месяца, и вот почему. Три недели рынок спорил, что будет с моделью центральных складов. Компания ответила делом: рядом с гигантскими хабами появляется распределенная сеть мелких точек, построенная по образцу франшизы пунктов выдачи. Официально это «дополнение к действующей модели», но рынок читает запуск как начало ее перестройки.

#А склады в Казахстане и Белоруссии — это замена?

Про них пишут много, поэтому стоит разобраться отдельно: выпавшие мощности в России они не заменяют.

Казахстан. Строятся два комплекса — около 160 тыс. кв. м в Алма-Ате и около 100 тыс. в Астане. Но ввод запланирован на первый квартал 2027 года, то есть их еще нет. И, как отмечает министерство торговли Казахстана, проекты анонсировались заранее и относятся к развитию местного рынка, а не к последствиям июльских событий.

Белоруссия. Склад под Минском действительно запущен, причем с опережением графика. Но это тоже площадка под свой регион и приграничные потоки, а не хаб для российского покупателя.

Дальше упирается в географию. От Коледина до московского покупателя — десятки километров. От Астаны — около 2 700 км, от Алма-Аты — порядка 3 800, плюс граница. Для модели «заказал сегодня, забрал послезавтра» это другая логистическая вселенная: такие плечи годятся для перевалки импорта и для местных продаж, но не для замены подмосковного склада.

Для владельцев помещений это выглядит как возможность заработать. Но прежде чем считать доход, стоит посмотреть на программу трезво.

Главный параметр не назван вовсе. Ни ставки за хранение, ни за сборку, ни за отгрузку, ни примера расчета. Договор на сайте не опубликован — его покажут после одобрения заявки. То есть вкладываться в стеллажи, терминалы, камеры и персонал предлагается до того, как вы увидите цифры и условия.

Не описана ответственность за товар. Что будет при недостаче, порче или пожаре на вашем складе — в открытых материалах нет ни слова. А по опыту пунктов выдачи такие риски обычно ложатся на партнера: известны случаи, когда владельцу пункта выставляли счет за пропавший дорогой товар и блокировали счет до разбирательства.

И главное: условия здесь меняет одна сторона. Все процессы идут в программном обеспечении маркетплейса, тарифы живут там же и правятся кнопкой. Свежий пример из этого же августа: когда площадки удешевляли продавцам обработку заказов через пункты выдачи, ставку владельцам этих пунктов срезали ровно тем же движением — вдвое, при том же объеме работы. Скидку продавцам оплатило низовое звено, у которого не было переговорной силы.

Это не значит, что в программу не надо идти. Это значит, что считать нужно по-другому: не «сколько я заработаю при обещанных объемах», а «переживу ли я, если ставку срежут вдвое, поток окажется вполовину меньше, а за утраченный товар придется отвечать мне». Если при таких вводных бизнес все равно сходится — можно подавать заявку. Если сходится только при идеальном сценарии — лучше дождаться публичных тарифов и договора.

Для продавцов вопрос другой: как товар в таких хабах будет ранжироваться и засчитываться в индекс локализации. Этого пока не сказано. Если засчитывается — хабы станут рабочим способом держать товар близко к покупателю, не отдавая его на большие склады.

#Снижать цены или поднимать

Это главный тактический спор последних недель. Одни распродают остатки со скидками, чтобы вытащить хоть какие-то деньги. Другие, наоборот, поднимают цены — компенсировать сгоревшее и не отдать последний товар дешево. Универсального ответа нет, но есть несколько вещей, которые стоит учесть до того, как менять ценник.

Резкая распродажа может закончиться долгом площадке. Механика простая: вы роняете цену, получаете всплеск заказов, но комиссия и логистика начисляются сразу, а деньги приходят по графику выплат — и при удлинившейся доставке часть заказов еще и не выкупят. В итоге расходы уже списаны, выручки еще нет. Такие истории в августе рассказывали продавцы, которые сливали сток на эмоциях.

Цену определяет не только ваш ценник. Пока площадка держит скидку срезанной, покупатель видит сумму заметно выше вашей отпускной. Снижая цену, вы можете просто дарить маржу, не получая роста заказов: конкурентоспособной итоговая цена все равно не станет. Прежде чем двигать ценник, посмотрите, сколько ваш товар стоит для покупателя сейчас — и как это выглядит рядом с ценой на других площадках.

Повышение работает, если оно ступенчатое. Резкий скачок роняет карточку в выдаче, а восстанавливать позиции дороже, чем недополучить маржу. Практики, которые прошли через это в июле, поднимали цену небольшими шагами и смотрели на отклик, а не переписывали ценник разом.

И держите в голове, что цена одна на карточку. Если вы одновременно торгуете со склада маркетплейса и со своего, поднять цену только для одной схемы не получится — вырастет везде. Именно поэтому попытка отбить более высокую комиссию FBS повышением цены бьет и по остаткам на складах площадки.

#Не обанкротится ли Wildberries

Это первый вопрос, который задают продавцы, и ответ на него мы искали не в новостях, а в бухгалтерской отчетности компании за 2024–2025 годы. Она публичная, лежит в государственном реестре.

Картина такая. Собственный капитал компании — 2,4 млрд рублей при активах в 1,3 триллиона. Своих денег в бизнесе почти нет: в 2025 году его финансировали банки, выдав около 800 млрд рублей необеспеченных кредитов. То есть устойчивость держится не на подушке, а на готовности банков продолжать кредитовать.

Но есть вторая половина картины, и для продавца она важнее. Расходы Wildberries почти целиком переменные. Складские операции компания не выполняет сама, а покупает как услугу — это отдельная строка в отчетности на 166 млрд рублей в год. Собственный фонд оплаты труда при этом всего 95 млрд: в штате офис и IT, а не грузчики. Здания частично арендованы.

Что это значит на практике: когда склад останавливается, расходы компании падают вместе с ним. Платить за простаивающие мощности почти не приходится — мощности не ее, и люди не ее.

У продавца все устроено наоборот: товар уже оплачен, кредит обслуживается по графику, аренда и зарплаты идут. Площадка может ждать месяцами. Продавец — нет.

Из этой асимметрии следует все остальное: и почему выплаты растянуты во времени, и почему «механизм для средних дорабатывается» уже третью неделю. Ждать — это ресурс, и он есть только у одной стороны. Поэтому готовиться нужно самому, не рассчитывая, что все наладится само.

#Что будет дальше: три сценария

Сценарий «Откат» — все восстанавливают как было. В Центре свободных складских площадей кратно больше, чем выбито: по данным консультантов рынка, вакантность в Московском регионе выросла до ~6% — свободны миллионы метров. Деньги у компании есть. Но на Юге и Кавказе строить и снимать нечего — свободных площадей вдвое меньше выбитых. А главное, по оценкам консультантов рынка недвижимости, собственники теперь боятся сдавать: базовая страховка исключает терроризм, и арендатор такого профиля делает объект целью. Полное восстановление старой модели маловероятно.

Сценарий «Гибрид» — уже запущен. Несколько защищенных мегахабов плюс распределенный слой: партнерские склады, FBS, а дальше, возможно, и пункты выдачи как мини-склады. Первые два шага компания сделала на этой неделе. Ключевое условие, чтобы гибрид заработал — комиссия FBS должна окончательно сравняться с FBO. Движение началось, но все послабления пока «временные».

Сценарий «Все склады ушли» — предельный, но полезный для понимания. Если FBO умрет целиком, сеть физически не пропустит весь оборот через пункты приема: уже при частичном переходе очереди на сдачу доходили до 10 часов. Доставка замедлится в разы — а спрос на маркетплейсе держится на скорости. В неделю худших событий, по оценке аналитиков, сравнивших недельные обороты площадок, Ozon перехватил лишь около 15% выпавшего спроса WB — остальные покупки просто не состоялись. Медленный маркетплейс — это сжавшийся рынок для всех.

И последнее про будущее. В крупном селлерском сообществе опросили 1 100 участников: 55% полностью остановили закупку товара. Полный цикл — от выбора товара до поставки на склад — сами продавцы оценивают в 5–8 месяцев. Отсюда популярный сейчас вывод: к весне 2027 года будет дефицит товара, ниши освободятся, и это окно возможностей для тех, кто сохранит оборотный капитал.

#Что это значит для селлеров

Главный вывод: не надейтесь на быстрые выплаты и не стройте планы на «симулятор продаж». Формула закрыта, суммы не названы, сроки растянуты. Ваша устойчивость — только в ваших руках.

Практический чеклист:

1. Подайте возражение на отчет о выплате в течение 21 дня — это защитит вас от трактовки «урегулирование».
2. Запросите справку о пожаре через Госуслуги — она сильнее, чем справка от WB.
3. Не переходите на FBS полностью — используйте как вторую ногу для новинок и дорогих товаров.
4. Перед подключением страховки посчитайте реальную ставку с учетом процента выкупа.
5. Снижайте цены осторожно — резкая распродажа может привести к долгу перед площадкой.
6. Следите за программой «Открой свой склад» — это будущее модели, но считайте по консервативному сценарию.

И помните: 55% селлеров уже остановили закупки. К весне 2027 года рынок может ощутить дефицит товара. Те, кто сохранит оборотный капитал и гибкость, получат окно возможностей.